Однажды и навсегда

Вместе с Россией – 248 лет

Ингушский ученый Ибрагим Дахкильгов в заголовок своей статьи о подписании ингушским народом в 1770 году договора о своём вхождении в состав Российской империи поставил слова ингушей о сути явления: «Шли мы в подданство не из принуждения».

Как известно, 17 марта 1770 года Ингушетия добровольно вошла в состав Российской империи и с тех пор верой и правдой участвует в её ратных и трудовых делах, внося посильный вклад в становление и развитие великой России.
Но представлять этот акт как спонтанное и разовое действо было бы исторически неверно.
Живущий в географической близости к России, ингушский народ неоднократно соприкасался с древней Русью и Россией. И тому зафиксировано немало примеров.
Один из таких фактов отражен в шедевре древнерусской литературы «Слово о полку Игореве». Неизвестный автор описал как предок ингушей Овлур помог русскому князю Игорю бежать из половецкого плена. Профессор Дошлуко Мальсагов убедительно доказал это в своей работе «О некоторых непонятных местах в «Слове о полку Игореве» (Мальсагов Д. Избранное. Нальчик, 1998, с.74-115) Известна судьба другого русского князя Георгия, который бежал на реку «Сунджа» к ингушам в 80-х годах XII в. Прибавим туда контакты ингушей с князем Михаилом Тверским в районе нынешних Ачалуков. И таких примеров – уйма.
В своей книге «Без прошлого нет будущего» ученый Руслан Албогачиев приводит целый список «основных исторических событий, предшествовавших заключению Договора 1770 года». (Нальчик, 2005, с. 205-206). Все их перечислить – не хватит газетной площади.
Таким образом, у Договора 1770 года была своя яркая и длительная предыстория.
В целом началом активного интереса России к Ингушетии следует считать время правления Ивана Грозного.
Первые дружественные контакты ингушей и русских в древности зафиксированы еще в 1567 году. В это время Иван IV Грозный прокладывал первые дороги на Кавказ. Ингуши, естественно, искали в сильной Руси защиты и сотрудничества. И самой России нужен был надежный союзник на пути в Закавказье.
«Из материалов русских посольств XVI в. видно, что послы могли пройти в Грузию по левому берегу Терека, через ингушский Ларсов кабак, Дарьял и Черебашев кабак. Важнейшие участки этого пути проходили через ингушские кабаки, т.е. земли.» (Волкова Н. Этнонимы и племенные названия народов Северного Кавказа. М., 1973, с.156,157)
Начатые во времена Ивана Грозного контакты имели хорошую перспективу при Петре Великом, если бы не смерть императора. Общеизвестны его усилия по «приращению» дагестанских земель.
Почти через 20 лет после смерти Петра I, в 1744 году Елизаветта Петровна повелела «всячески способствовать единению с Россией ингушей, как наиболее лояльных и ищущих ее покровительства». И через три года царское правительство распорядилось принимать ингушей в подданство.
Уже в 1765 году несколько ингушских старшин обратились к администрации города Кизляра с просьбой принять их под свое покровительство. Обращение и решение по нему не было юридически оформлено. Но, как свидетельствуют документы того времени, Россия относилась к ингушам, как к российскому народу. И эти отношения были взаимными. Академик Иоганн Гильденштедт отмечал в 60-х годах XVIII в. : «Ингушами, сравнительно с другими народами, и большое снисхождение оказывается русским».
Буквально за 6 лет до принятия российского подданства моздокский комендант полковник Гак побывал в Ингушетии и Осетии с миссией склонить ингушей и осетин к переселению на житье в урочище Моздок. (См. Кн.: 245 лет вхождения Ингушетии в состав России. Назрань, 2015, с. 60). В конце того же 1764 г. Коллегия иностранных дел России сообщала астраханскому губернатору Бекетову решение Сената «О заведении при урочище Моздока школы для осетинских и ингушских и прочих горских народов детей». (См. «Город Моздок. Исторический очерк. Владикавказ, 1995, с. 32)
Это тоже свидетельство фактического, не оформленного документом вхождения Ингушетии в орбиту российского влияния. Вряд ли Россия приглашала бы на жительство граждан другого государства, не чувствуй она этот народ своим де-факто.
Философ Хава Акиева считает, например, что «Еще до заключения договора Россия уже считала Ингушетию своей составной частью», о чем свидетельствует следующий факт.
«В 1761 г. к плоскостным ингушам для защиты от набегов соседних феодалов был определён на сезон весенних и уборочных работ ротмистр Киреев с воинской командой, а в 1756г. ингушские старшины Цоук – мирза Колмамоков, Харитон Мисос, Пахомиев писали кизлярскому коменданту, что киштинские/ ингушские старшины со всем народом присягали 900 человек, чтобы были вечно в подданстве» (Цит. по: Акиева Х. Взаимоотношения России и Ингушетии в изобразительном искусстве. В кн.: 245 лет вхождения Ингушетии в состав России. Назрань, 2015, с.199)
Хотя историк Нурдин Кодзоев и не считает 1770 год датой вхождения Ингушетии в состав России (1858 год, по его мнению нужно считать годом окончательного вхождения Ингушетии в состав России), но и он подчеркивает, что договор 1770 года был обоюдовыгодным: «России нужен был безопасный проход в Грузию, ангуштовцам, в своём стремлении заселить плоскость, нужен был союзник в борьбе с более многочисленными и сильными соседями». (Кодзоев Н. К вопросу о дате вхождения Ингушетии в состав России.В кн.: 245 лет вхождения Ингушетии в состав России. Назрань, 2015, с.24)
О выгоде для России союза с ингушами Ибрагим Дахкильгов пишет: «… руки русских царей тянулись и к Закавказью. В 1587-1590 гг. был снаряжен и отправлен в Грузию ряд русских посольств. Они не могли проникнуть туда по Каспийскому и Черному морям (и берегам тех морей), так как там хозяйничали враждебные России, с одной стороны, шахский Иран, а с другой – османская Турция. Оставался тяжёлый, но наиболее удобный и менее опасный проход через Кавказский хребет. Ответственная и почетная обязанность сопровождать русские посольства ложилась именно на плечи наших предков, имевших ярко выраженную прорусскую ориентацию. Посольства тех времен были громоздкими, обременёнными прислугой, охраной, запасными конями, обозом и пр. Шли они не спеша, разведуя пути и общую обстановку, делая многодневные привалы. Кажется, никто из исследователей не обращал внимания на один весьма примечательный обычай нашего гостеприимства – провожать и охранять гостя до сопредельной территории, пока его не передадут в надежные руки». (Дахкильгов И. Шли в подданство не из принуждения. Магас, 2004, с. 7-8)
Следует отметить и «…важные прогрессивные последствия – упрочилась их (ингушей.- Я.П.) безопасность, была устранена угроза нашествия шахских и османских войск, сократились и затем был ликвидирован захват людей в плен для продажи в рабство, расширились возможности роста сельского хозяйства, промыслов, торговли, происходило вовлечение Северного Кавказа в общероссийский рынок. Сложились предпосылки влияния на его народы передовой русской культуры», — пишет историк Висангирей Танкиев. (См.: 245 лет вхождения Ингушетии в состав России. Назрань, 2015, с.33)
Сюда можно добавить восстановление территориальных границ прежде разрозненного народа.
«Добровольное вхождение ингушей в состав Российского государства способствовало этническому единению разрозненных национальных обществ и групп в единую нацию». (Там же. с. 35)
Как раз эта разрозненность ингушских обществ, которые были под названием «джераховцы», «назрановцы», «карабулаки», «сунженцы» и т. п. вынуждала их в разное время обращаться к российской администрации с просьбой принять новые присяги на локальном уровне.
Кизлярский комендант Неймич сообщал в Священный Синод, что ингуши желают оформить официальное вступление в подданство России в 1770 году. «… А прошедшего февраля 16 числа явились ко мне… Ингушевского уезда старшины Гарий Чопанов и Сурхови Мирзаханов, присланные от всего народа их общества с изъявлением их усердного желания поступить в вечное Е.И.В. подданство с тем, что они желают все генерально креститься и просили, чтоб для принятия от них присяги послан был с ними в уезд чиновный человек и реченный архимандрит Порфирий, которого они довольно знают и почитают. А чтоб они священника, изъявляя притом, что они во всем уезде церковь сами построить имеют. Почему он, архимандрит, по собственному своему на то соглашению, да гусарского полку капитан Дегостодий и посланы и там по принятии от них присяги возвратились».
4 марта 1770 г. по старому стилю, 17 марта по новому – в тогдашнем центре Ингушетии селении Ангушт состоялось принятие акта присяги ингушских старшин на верность России, а торжества, связанные с этой акцией состоялись на поляне под названием Бартбосе, т.е. Склоне Согласия 5-6 марта, 18-19 марта 1770 года.
Особую ценность принятию присяги придает и тот факт, что свидетелем этой акции был известный ученый Иоганн Антон Гильденштедт, доподлинно описавший эти судьбоносные для ингушского народа дни.
Жизнь ингушского народа с этого времени приобрела уже другое измерение, другой миропорядок. Важным было и то, что переход Ингушетии, как сейчас сказали бы, под юрисдикцию России, осуществился не вследствие вооруженного противостояния, когда одна сторона яростно сопротивляется, а другая сильная сторона покоряет ее огнем и мечом, а в результате мирного, добровольного желания обеих сторон.
Вскоре, в 1783 г. началось строительство Военно-Грузинской дороги, в следующем, 1784 г., вблизи ингушского села Заурово построена крепость Владикавказская, которая, получив статус города, стала впоследствии географическим, административным и культурным центром Ингушетии.
Без заключения договора 1770 года и город Владикавказ вряд ли был бы построен в такие сроки.
С подписания клятвы верности следует вести отсчет и участию ингушей в малых и больших войнах на стороне России.
Сейчас принято у разных народов говорить, что они-де не изменяли клятве верности, данной однажды. Мне приходилось слышать и как некоторые лидеры субъектов, позиционирующих себя верными союзниками и опорой России, угрожали поднять народ на национально-освободительное движение, когда Москва, отказывая им в исключительности,призывала их к соблюдению законности в отношении других народов. Ингуши себе это не позволяли даже когда по вине власти они попадали в полосу незаслуженных рукотворных катаклизмов.
Даже во время спровоцированного тогдашним президентом России парада суверенитетов и деклараций о независимости, Ингушетия в ноябре 1991 г. провела референдум о своем желании оставаться в составе великой России.
Не случайно дата подписания акта о добровольном вхождении Ингушетии в состав России – 17 марта 1770 г. — зафиксирована и утверждена Постановлением Народного Собрания республики от 25 марта 2004 г. как дата единения Ингушетии с Россией.

Якуб Патиев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *