Перейти к основному содержанию

Память сердца

За исполнение своего служебного долга Указом Президента РФ Тимур Гетогазов награжден Орденом Мужества посмертно

Тимур Гетогазов

Недолгая и нелегкая жизнь выпала Тимуру Гетогазову. После службы в вооруженных силах он, уроженец села Октябрьское Пригородного района, поступил в Московский экстерный гуманитарный университет, где изучал право. Трагедия 1992 года оторвала его от учебы и вернула на родину. Он бросился на поиски родителей, пропавших в этом ужасе. В итоге сам попал в плен. Вырвавшись из него, он снова продолжал поиски. И вновь был захвачен. И опять ему удалось выйти на свободу. Но о судьбе родителей так ничего и не узнал. По сегодняшний день они числятся в списках людей, пропавших без вести. Маму Рукет забрали из больницы, где она работала, отца Салмана — со двора своего дома. Трех девочек-сестер Тимура удалось вывести в Назрань, к дяде. После безуспешных попыток отыскать родителей, Тимур вернулся в Москву, чтобы закончить учебу и заработать деньги. Как минимум нужно было обеспечить себя и своих сестричек. Совмещал учебу с работой в фирме «Лукойл».

В 1997 году приехал в Ингушетию дипломированным юристом и приступил к профессиональной деятельности — следователем в прокуратуре Сунженского района. Чуть позже Тимур перешёл на аналогичную должность в прокуратуру Назрановского района. В начале 2004 года его назначили следователем по особо важным делам республиканской прокуратуры.

Тяжело было жить с постоянной мыслью о родителях: где они? что с ними? как им помочь? Тяжело в один миг остаться ни с чем. Но такова была данность, которая не оставила выбора. Ее можно было только принять и идти дальше, собрав волю и силы в твердый кулак, не расслабляясь ни на мгновение. Нужно было строить собственную жизнь и устраивать жизни сестер, за которых он теперь всецело нес ответственность.

Будучи единственным, к тому же старшим, сыном в семье, он с самого начала воспитал в себе черты настоящего мужчины. А посыпавшиеся тяготы усилили и вывели на передний план лучшие черты человеческой натуры, которые так притягивают окружающих. Где бы Тимур ни появлялся, к нему проникались уважением. И люди даже порой удивлялись, как он в столь молодом возрасте имеет такой авторитет.

Именно этот авторитет помог ему получить руку своей избранницы. Он увидел ее в назрановской прокуратуре, где она, будучи студенткой юридического факультета ИнгГУ, проходила преддипломную практику. И отправил сватов к ее отцу. Получив отказ, он не стал отчаиваться, а напротив, проявил настойчивость. Еще раз отправил сватов и дал понять, что не намерен отступиться от своего выбора. Но когда родители девушки, согласно ингушским традициям, провели свое дознание, выражаясь языком юристов, отовсюду поступили самые лестные отзывы, и в ноябре 1999 года свадьба состоялась.

— Почему отец так упорствовал? — спрашиваю Залину. — Что ему мешало?

— То, что он — единственный сын. У меня тоже нет брата, только сестры. Переживал за меня. А я была любимицей отца.

После свадьбы Тимур снял жилье и вместе с молодой женой и двумя сестрами, старшая из сестер к тому времени была замужем, перебрался из Назрани в поселок Майский.

С первого дня их союз оказался счастливым. Миловидная, с мягким нравом, всегда приветливая Залина сумела стать истинной спутницей своего мужа и хранительницей домашнего очага. Несмотря на то обстоятельство, что у них не было собственного крова, где комфорт и уют легче создать, несмотря на то, что оба супруга были заняты целыми днями в разных госучреждениях, вечерами в их скромном, но уютном жилище практически всегда бывали гости, в основном друзья, товарищи и коллеги Тимура.

И тот последний для Тимура вечер не стал в этом плане исключением. Предоставим возможность Залине самой рассказать об этом.

— В тот вечер у нас были гости — двое друзей Тимура. Они, втроем, с утра ездили по делам в Железноводск и вернулись все вместе к нам. Сидя под навесом на свежем воздухе, они отужинали, общаясь меж собой. Стала доноситься стрельба. Мы прислушались. А Тимур заметил: наверное, ученья идут.

Потом они встали из-за стола. Тимур под краном помыл руки и оставил снятые перед этим часы. Он никогда не уезжал из дома без часов. Я удивилась этому новшеству и спросила: «Ты не наденешь часы?» На что он ответил: «Нет. Я развезу их по домам и вернусь минут через 15-20». Они вышли к машине, которая стояла у ворот, я — за ними, провожая их. Смотрела вслед уезжавшей машине, пока она не скрылась за поворотом, затем вошла во двор и едва прикрыла калитку, как услышала рокот стремительно возвращающегося и резко останавливающегося мотора. Я опять вышла. Не выходя из машины, через сидящего рядом друга, он кинул: я быстро вернусь обратно, и уехал. «Только за этим вернулся? -мыслила я про себя. — И часы не надел. Все это не в его характере. Странно он себя ведет нынче». И у меня немного подкосились ноги. Я опустилась на маленькую скамейку, пытаясь собраться с мыслями. В это время позвонила старшая золовка, живущая в Назрани, и спросила дома ли Тимур, сказав, что не может до него дозвониться, и тут же добавила: пусть он сюда не едет, здесь такое творится! Связь оборвалась. И внутри меня все оборвалось. Звоню-звоню, но связи нет. Один раз прорвало. Как обычно спокойный голос Тимура ответил, что они только выехали из Майского и, получив соответствующее сообщение, направляются в ГОВД, чтобы проверить обстановку, говорят, там что-то случилось. Связь вновь оборвалась и более не возобновилась. Я так и не успела предостеречь его. А сама осталась наедине со своими страхами и гнетущей тревогой. Какая это была ночь не передать никакими словами.

Когда забрезжил рассвет, приехал его друг и сослуживец Руслан и сказал, что Тимур ранен, находится в больнице, а мне с ним следует ехать в дом его дяди. «Но если он в больнице, почему не туда сразу?» — спросила я. Мне ответили, что так надо. И при этом часто повторяли, чтобы я не волновалась.

По словам Залины, так убедительно это звучало, что ей и в голову не приходило, что произошло неотвратимое. Настолько не приходило, что, войдя в дом и увидев на полу свернутый ковер, она хотела пройти мимо него раньше, чем в ней зародилось подозрение, что это есть удар, который обрушился на нее наотмашь. Знакомая обувь, проглядывавшая из-под ковра, безмолвно обнажила горестную правду, избавив мужчин от мучительной обязанности озвучить ее.

Ей дозволили увидеть только лицо. Оно уцелело. А вот тело, как ей сказали, сильно пострадало. Его открыли только для того, чтобы обмыть и облачить в саван. Кровь долго сочилась, и саван пришлось дважды поменять.

Спустя полгода Залина родила мальчика и нарекла его именем, который оставил для него отец. В настоящее время Магомед Гетогазов учится в 11 классе назрановского лицея и намерен пойти по стопам родителя. Внешне, манерами, даже интонациями он очень напоминает своего отца, говорит Залина. Однако, ни это обстоятельство сегодня, ни сам факт рождения ребенка 17 лет назад ни на йоту не облегчают боль утраты. Она никак не может примириться и принять ее, вплоть до того, что, несмотря ни на что, до сих пор ждет, что вот-вот откроется дверь и войдет Тимур.

За исполнение своего служебного долга, Указом Президента РФ Тимур Гетогазов награжден Орденом Мужества (посмертно).

Это была красивая короткая история двух людей, которые, едва встретившись, абсолютно и полностью совпали друг с другом. Они жили друг в друге и друг для друга. Такое чудо нисходит на землю крайне редко и, увы, ненадолго. Озарит небывалым светом и выпорхнет скоро, оставив пустыми раскрытые ладони, не желающие с ним расстаться, и без ответа застывший на устах немой вопрос: как же так? Вот Залина и не может утешиться по сей день. Для ее внутренней стороны время остановилось там, 22 июня 2004 года. Почему она и говорит сегодня про свою беду: «Мне кажется, что это было вчера».

Вместе с этим она все же не может выпасть из времени и должна соответствовать его требованиям. Чем и занимается ее внешняя сторона. Она не прекращала добывать средства к существованию, обеспечивать себя и сына должным образом, в целом, жить наравне с другими. Ее трудовая биография, начавшаяся после окончания университета, продолжается доныне. Последние десять лет она работает в Верховном суде Ингушетии начальником отдела правовой информатизации. В ее доме (тогда же, 17 лет назад, ей с ребенком выделили квартиру в центре Назрани) до сих пор желанными гостями остаются работники прокуратуры, которые охотно их навещают и всячески поддерживают. Ни коллеги мужа, ни его родственники, ни свои близкие за все это время ни на один день не оставляют Залину с сыном без внимания и участия. И она им всем очень благодарна, за память о таком прекрасном человеке.