Школа каменщиков-реставраторов «Наследие» - это уникальный проект, направленный на сохранение архитектурной души древней Ингушетии. Созданная в октябре 2023 года по инициативе Главы республики Махмуда-Али Калиматова и основателя благотворительного фонда «САФМАР» Микаила Гуцериева, она стала ответом на острую потребность региона в профессиональных кадрах, способных бережно и со знанием дела восстанавливать средневековые башенные комплексы Ингушетии.

Главная особенность школы «Наследие» заключается в синергии теории и практики. Ее слушатели не изучают историю и архитектуру в учебном классе - образовательный процесс перенесен непосредственно на объекты культурного наследия. Это позволяет будущим мастерам осваивать древние техники кладки и работы с камнем, изучать особенности средневековой архитектуры на подлинных примерах, а также принимать участие в реальных консервационных и восстановительных работах под руководством опытных экспертов.

- Сегодня мы будем говорить о сохранении памятников уникального каменного зодчества древней Ингушетии. Ваша школа каменщиков-реставраторов «Наследие» базируется в Джейрахском районе…

- Это естественный выбор. Именно здесь, в Джейрахско-Ассинcком государственном историко-архитектурном и природном музее-заповеднике, сосредоточены сотни уникальных памятников - жилые и боевые башни, древние храмы и склепы. Это не просто строения, а национальное достояние Ингушетии и всей России.

Работа в горах Ингушетии для нас - это, прежде всего, восстановление связи времен. Благодаря поддержке фонда «САФМАР» и вниманию со стороны властей Ингушетии, мы даем молодым специалистам востребованную профессию, а древним камням - шанс на вторую жизнь.

На территории музея-заповедника выявлено более 130 башенных комплексов. Это 65 храмов, 156 боевых башен, более тысячи жилых башен и почти 1200 семейных усыпальниц. И это только то, что на поверхности. Огромное количество каменных сооружений, предшественников средневековых башен, все еще скрыто под землей и ждет своего часа.

- Какова главная цель подготовки ваших мастеров? Достаточно ли просто уметь работать с камнем?

- Нет, современная реставрация - это глубокая наука. Наша цель - дать ученикам квалификацию, которая позволит им проводить полноценные научно-исследовательские работы. Такие исследования должны идти непрерывно - и до начала реставрации, и в ее процессе.

Основываясь на международных и национальных правилах, мы понимаем: чтобы сохранить историческую ценность памятника, нужно сопровождение экспертов из самых разных областей - от археологов и этнографов до химиков, архитекторов и инженеров. Только такой комплексный подход позволяет нам проводить работы качественно.

- Существует мнение, что реставратор работает с тем, что видит над землей. Почему же в горах Ингушетии так важно зарываться вглубь?

- Тут следует обратить внимание на такой факт - с точки зрения фортификационных функций одни и те же удобные площадки в горах Ингушетии использовались веками. Еще в конце II - начале I тысячелетия до н.э. здесь процветала знаменитая кобанская культура, которая была распространена на центральной части Кавказа, включая горные и предгорные зоны. Образно говоря, башни, которые мы сегодня видим, стоят на фундаменте гораздо более древних эпох. Если мы начнем реставрацию без археологических раскопок, мы просто уничтожим бесценную информацию об эволюции зодчества. Без археологии связь времен будет разорвана навсегда.

- Помогает ли археология восстановить облик башни, если она подверглась разрушению?

- Безусловно. Это один из важнейших аспектов нашей работы. Например, у многих боевых башен и «солнечных» могильников крыши давно утрачены. Но под слоем земли мы находим аккуратно отточенные сланцевые ряды. Эти находки четко говорят нам, что кровля таких сооружений была сланцевой. Это не только помогает восстановить историческую точность при реставрации, но и позволяет гораздо точнее датировать объект.

- Рамзан, существуют ли мифы о быте горцев, которые удалось развеять благодаря вашим находкам?

- Да, и это касается, к примеру, устройства жилых башен. На протяжении долгого периода - еще с советских времен - считалось, что на первых этажах ингуши содержали скот. Однако наши раскопки это опровергают. Мы обнаружили там так называемые «каменные мешки», предназначенные исключительно для хранения продуктов.

Более того, в башенном комплексе Нижний Пуй специалисты школы «Наследие» наряду с другими находками и функциональными элементами на первом этаже жилой башни нашли элементы древней системы водоотведения. Это свидетельствует не только о высоком уровне личной гигиены горцев того времени, но и подтверждает, что первый этаж был не хлевом, а полноценной функциональной зоной жилища. Археология здесь выступает как инструмент восстановления исторической справедливости.

- Порой, когда мы смотрим на ингушские башни, кажется невероятным, как они простояли столько веков. Какие инженерные секреты вам удалось раскрыть в процессе исследований?

- Знания в области архитектуры и строительства позволили нам детально изучить технику предков. Главный секрет - в методе кладки. Стены возводились в два ряда. Для прочности мастера укладывали связующие камни поперек стены, а углы собирали по принципу «тычок, ложок». Интересно, что в основе лежала так называемая сухая кладка - идеальная подгонка камней друг к другу практически без раствора.

- Но ведь раствор в швах все-таки виден. Для чего он использовался?

- Исследования показали, что раствор применяли для зачеканки швов, штукатурки и фиксации мелких каменных подпорок между крупными блоками. Кстати, мы теперь точно знаем и состав этого раствора. Но прочность строения держалась именно на геометрии камня.

- Из чего именно строили башни? Вы проводили какие-то геологические изыскания?

- Да, школа «Наследие» собрала обширный материал по геологии и провела масштабные натурные исследования. Мы выяснили, что древние зодчие виртуозно использовали местную геологию - доломит, различные виды известняка (от мраморизованного до доломитизированного), песчаник, метаморфизованный кристаллический ракушечник и другие породы.

Для каждой породы была своя техника обработки. Древние мастера нередко использовали огонь и воду для обработки камня. Это тоже подтверждено нашими данными. Например, чтобы придать нужную форму твердым валунам песчаника, их сначала сильно обжигали, а затем резко окатывали холодной водой. Этот температурный шок позволял мастеру высекать из камня необходимый материал.

- Судя по вашим рассказам, объем проделанной вами работы велик. Можно ли сегодня сказать, что тайны древних башен Ингушетии полностью раскрыты?

- Знаете, все, что мы сейчас обсуждаем - малая часть исторически значимой информации, которую установила наша команда. Но даже при этом должен отметить, что и все наши сегодняшние знания - лишь крохотная частичка той огромной летописи, которую хранят в себе памятники горной Ингушетии. Нас, безусловно, ждут новые открытия. И думаю, их будет немало.

- Каким принципом вы руководствуетесь в своей работе? Что важнее: просто восстановить внешний вид башни или что-то другое?

- Мировой опыт - и современный, и опыт еще XIX века - учит нас одному: во главе угла всей работы по сохранению памятников горной Ингушетии должно стоять стремление к научным открытиям. Памятник важен не сам по себе как, скажем так, каменная коробка, а как подлинное свидетельство исторических событий и фактов. Мы должны сохранять его именно в этом качестве.

- Чем опасна поспешная реставрация, которую иногда называют «новоделом»?

- Это критический момент. Необдуманные решения по восстановлению не просто уничтожают памятник как исторический источник, они искажают саму историю. Вместо правды мы можем получить красивую декорацию, которая вводит людей в заблуждение.

- Какова самая сложная задача в вашей деятельности на сегодняшний день?

- Как ни странно, это не сами камни. Сложнее всего донести мысль о первостепенной важности науки в работах по сохранению объектов культурного наследия до общественности и самих производителей работ. Наш опыт в Ингушетии доказал, что без предварительных и сопутствующих исследований подлинная реставрация невозможна. Внедрить это понимание в сознание всех участников процесса - одна из наших главных миссий.

- Спасибо за интересный разговор. Желаю вам новых знаковых открытий. Пусть каждый найденный артефакт и каждый восстановленный камень служат надежным мостом между прошлым и будущим. Школе «Наследие» - надежной поддержки, а вашим ученикам – обязательно стать достойными продолжателями традиций великих зодчих прошлого.

- Спасибо за интерес к нашей деятельности. Хочется, чтобы древние башни Ингушетии стояли под небом еще многие столетия как символ несокрушимости духа и красоты человеческого труда.